Сегодня в бакинской школе 160 опять проходит Традиционный вечер. Правда, сегодня он проходит без меня, хотя я не помню случая, чтобы пропускал его (разве что болел, но не помню). Однако, сегодня так вышло, что пойти туда я не могу. И мне показалось, что это не случайность. Да и вообще — пришла пора осветить эту тему с иного ракурса…
Школу я кончил давно, но все эти годы сохранял свое особое отношение к тому времени, тем людям и к такому явлению, как «мафия стошестидесятой». Разумеется, это отношение никуда не делось и «в мафии» я по-прежнему состою. 🙂 Но есть несколько важных моментов.
Многие будут удивлены, но класса до 8 я школу если не ненавидел, то крайне не любил. Причин тому было много: и не слишком хорошие педагоги, и не слишком хороший класс (тогда не было понятия «буллинг», но сталкиваться с этим явлением приходилось постоянно), и скучная программа при наличии богатого внутреннего мира и огромных возможностей для саморазвития дома. И зачем мне эта каторга?
Но в 8 классе начались изменения. Они коснулись и состава класса, и набора преподавателей, и, наверно, моего собственного взросления. А 9 и 10 класс я до сих пор вспоминаю как счастливейшие годы жизни. Вот тогда я и почувствовал «вкус 160-й школы»! Прекрасные учителя, несколько факультативов, интересная общественная жизнь, да и класс по составу стал намного лучше: ушли все те, кто портил жизнь. В итоге я пропадал в школе с утра до вечера. И если в детстве я буквально бежал домой, то в те годы мечтал, что «завтра снова туда приду».
Конечно, как многие дети, я в средней школе симулировал болезни и говорил, что у меня 37.5, когда было 36.5. А в 9-10 классе я делал ровно наоборот! 🙂 Толком не поправившись, с температурой, я говорил что уже здоров и «завтра физика (или история, математика, биология) — я не могу ее пропустить!».
Вот эти воспоминания и возникшая дружба с некоторыми учителями и заставляли меня ходить на Традиционный вечер каждый год. А в первые годы, будучи студентом, я вообще приходил в школу очень часто просто так, повидаться с учителями, поделиться забавными историями студенчества, поговорить о высоких материях (особенно с великим Дмитрием Ростиславовичем).
А потом… А потом все знают, что случилось. Большинство педагогов уехали в разные страны, да и одноклассников в Баку почти не осталось. Впрочем, благодаря Фаине Эммануиловне школе удалось сохранять свое лицо и свой дух. Но в целом, конечно, «надлом» произошел.
А потом… А потом постепенно уходили и уходили те учителя, что меня знали. Школу отремонтировали, кардинально изменив родную нумерацию кабинетов, да и вообще внутренний облик. Где лаборатория физики с музеем космонавтики? Где лаборатория химии, в которых я был как рыба в воде среди всевозможных реактивов и приборов? Есть ли сейчас вообще лабораторные, или все «на экране»?
Но главное — пришла «болонская система». Школы перестали учить детей, этим занялись репетиторы. Да, 160-я до сих пор умудряется давать какие-то знания, но детям они не нужны: «все равно мы все к репетиторам ходим». Да и вообще детям не нужны знания и умения, потому что сама система сейчас требует совсем иного: зубрежки никому не нужных фактов для сдачи формальных тестов.
Вполне вероятно, что и администрация школы, и ее педсостав хотели бы работать как раньше — учить детей. Но что сделаешь против системы? Да, в СССР наша школа было «не такой как все»: меня там учили думать, иметь свое мнение, давали знания и понятия о связях мировых явлений. Да и вообще у нас была достаточная свобода самовыражения, в т.ч. и политического! То ли в СССР было все не так уж «тоталитарно», то ли наша Инна Иосифовна имела некие возможности (да, были такие слухи), но дети и учителя делали то, что не делали нигде, да и говорили то, что не было принято.
Сейчас все иначе. Увы, но давление системы сейчас стало намного жестче (или возможностей у нынешней администрации стало меньше), в силу чего детей даже в нашей школе воспитывают «в духе тенденций». А тенденции совсем не те: нынешние школьники должны быть бессловесными винтиками, а не свободными личностями. И это не вина школы — это вина этой самой системы образования, пришедшей на смену советской — пусть и далеко не идеальной, но имеющей совсем иные цели и задачи. Впрочем, это отдельный разговор…
Конечно, большинство выпускников вспоминают только светлые моменты школьной жизни, да и от самих детей (разумеется!) очень многое зависит в плане восприятия, поведения и т.д. Все так. И тем не менее тех, для кого 160 остается «святой цифрой» на всю жизнь, сейчас намного меньше, чем было тогда…
А Традиционные вечера на то и традиционные: беседы и обнимашки в коридорах, песни и танцы на сцене — меняются участники, но программа остается прежней. Вот только приходят всегда выпускники последних лет, моего поколения (и «около того») не встретишь. В последние годы я уже не чувствовал себя на этих вечерах «своим», не ощущал родной атмосферы. И дело не в смене поколений, дело в смене парадигмы школьной жизни, несмотря на титанические усилия Фаины Эммануиловны сохранить дух школы. Система изменилась. А теперь и директор.
Я очень надеюсь, что Гюльнара Гатамовна сможет не дать школе окончательно сравняться с общим фоном. Но чтобы удержать ее или, тем более, поднять, нужно нечто вроде волшебства и чуда. В той концепции, что царит нынче в сфере образования. Возможно ли это? Хотелось бы верить. И очень хотелось бы, чтобы девиз школы был ощущаемой правдой для всех ее выпускников. И гимн школы звучал вечно!..